Забеременела и стала падать в обмороки. Собственно узнала я о том, что беременна, когда меня после первого обморока привезли в больницу. Я пила витамины, таблетки, повышающие моё очень низкое давление, употребляла больше сахара, но всё равно падала.

Когда поняла, что мне не изменить этого факта, начала стараться хотя бы не сильно страдать от падений. Облокачиваться на стенку не помогало, зато если лечь на пол — я приходила в себя. Ну то есть полежу минут 5-10 и мне снова хорошо.

Так что как только я чувствовала предобморочное состояние — ложилась. Вот прямо где была, там и ложилась. В парке на землю (в траве было гораздо больше гадости, чем на асфальте), на улице на лавочку, на работе прямо на пол, благо у нас был коврик. На шестом месяце у меня уже был такой живот, как будто внутри не ребёнок, а золотая орда в полном составе, так что падать было ещё боязнее — вдруг на живот?

На работе предстояло важное событие: встреча с иностранными инвесторами. И под иностранцами я подразумеваю не Таджикистан, Узбекистан и прочий юг, а сами великие Соединённые Штаты! А у этих граждан денег немеренно. Мне велели под страхом смерти присутствовать на переговорах с целью эмоционального давления.

У нашего главнюка был странный и хитрый план: показать, что у нас сотрудники настолько ответственные, что даже беременные до последнего отдаются своим обязанностям. Ну и ещё он предполагал, что будущие матери должны умилять иностранную делегацию и выбивать из них бюджет побольше. Роли у меня в этих переговорах не было, нужно было просто находиться рядом и держать парочку тоненьких папок. А мне обещали благодарность в виде пары выходных дней.

И наступила ответственная дата, мы забронировали самую элитную переговорную в бизнес-центре, где снимался офис. Переговорка находилась на последнем этаже, там был дичайший и потрясающий вид на город. А так как само здание просто громадное, там нужно было ещё и петлять по коридорам минут пять.

И когда мы ехали в лифте, я поняла что от резкого перепада высоты мне становится не по себе. Но момент был слишком ответственный, я не посмела пискнуть о самочувствии и шла дальше. Когда две трети пути остались позади, я поняла что всё, каюк, домолчалась. Понимаю, что сейчас грохнусь, так испугалась за живот и ребёнка, что без лишних извинений встала посреди коридора, остановив всю процессию, и облокотилась о стену.

Не помогло. Совсем плохо. Я стала сползать вниз и искать руками пол. Легла, на пару мгновений (а может и больше, сознание-то было спутанным) отключилась. И чувствую, что меня начали поднимать. Я смотрю перед собой, всё расплывается, говорю, не трогайте, сейчас пройдёт. А я действительно начала отходить. Смогла сфокусировать взгляд — не наши. Блииин, думаю, это ж один из спонсоров. И он как начал меня поднимать.

Крепко ухватил, бережно, но мне всё равно обратно на ноги не надо. Чувствую, сейчас вообще вырвет или что похуже. Начинаю как могу им мотать головой из стороны в сторону, говорить “отпустите, не надо, нет, мне надо лечь”. А он, наверное, сам перепугался, и всё равно поднял меня. И я отключилась.

Очнулась — кругом врачи, я в крутой переговорной. Царевна, блин. Переговоры сорваны, я уже думала, что уволят, лежу, смотрю, как врач что-то пишет, сама думаю о том, что это тотальный пипец. И тут мимо пробегает наш главнюк, показывает мне большие пальцы вверх и убегает дальше. Ничего не поняла, меня отправили домой на такси.

На следующий день на почту падает сообщение от начальства. Мне три дня выходных и премия, контракт подписали, сумма превышает изначальную, иностранцы из-за меня перепугались до смерти, потому что я упала в обморок на руках у их главного, когда он меня поднял. Домой ко мне ещё неделю приезжал курьер с корзинами цветов, фруктов, извинений и пожеланий поправляться. Не от начальства, от инвесторов).