Истории

Чувствительным не читать

ArtZine 666 0

Приехал к тётке в село, а у них там муравейник. Все соседи бегают между домами друг к дружке, мужики столы выносят, женщины с красными щеками кверху задом у грядок, ищут, что созрело. Тётя меня послала в дом, велела сидеть, а сама тоже куда-то умчалась. Через сорок минут назад вернулась.

Спросил её, что происходит. — Встречают бывшего соседа, его пятнадцать лет не было в селе, завтра должен приехать. Цифра уже показалась подозрительной.

– А почему не было? И он что, был какой-то важный, что все так радуются? — Тётя вручила мне задушенную курицу, сама взяла две других.

– На, ощипывай. Соседа зовут Пётр, пятнадцать лет назад его в тюрьму забрали. Неделю назад ездили в пригород, к начальнику тюрьмы, он сказал, что вот завтра его выпустят. — Впервые слышал, чтобы так радовались возвращению сидельца. И 15 лет дают не просто так, а за вполне конкретное преступление.

Оказывается, двадцать лет назад в село приехали трое братьев. Отстроили маленькую церковь, дом, огород. Осели, стали вести хозяйство. Младший из всех братьев — тот самый Пётр — стал священником при этой церквушке. А в селе народ набожный, его стали уважать. Старшие братья — Александр и Евгений — к церкви дышали ровно, Богом душу не обременяли. А в один день вдруг проявили интерес. Стали молиться, в церкви бывать, просили младшего научить их. Кое-как с отсебятиной и не по церковным канонам, но стали «служить». Пётр всех, кто смеялся над его старшими братьями, затыкал. Говорил, что главное — не ритуал, а вера, чтобы в душе всё гладко было. Даже молитву можно неправильно читать или совсем не знать, главное говорить от сердца и быть честным.

А потом в селе пропал мальчик. Искали везде, ходили в лес, вдоль реки на десять километров всё прочесали. Даже следов не было. Потом пропал второй. Тоже не нашли. Когда мальчики пропадали, у людей дохли свиньи. Не все, но по три-четыре штуки. Деревенским много не надо, чтобы сразу приплести это как «улику». Решили, что пропажи мальчишек и подохший скот, это дьявольщина, и всё связано.

Пошли к Петру в церковь, рассказали, что думают. Младший из братьев, хоть и был «главным» священником, но осадил односельчан и сказал, что они глупости говорят. Ну то есть не верил он в дьявола. Бог для него есть, а дьявола нет, всё плохое — только в нас, так он считал. А единственные черти — злые люди.

И вот два месяца было затишье. Всё село молилось за пропавших, как вдруг умирает самая жирная и большая свинья у одного мужика. И тоже, как и остальные до неё, покрылась синяками и вспухла. Осторожно погрузили её на телегу, чтобы отвезти подальше от домов и сжечь. А люди в селе детей дома под замок почти посадили, потому что всё равно были уверены, что это недобрый знак. Но один мальчик в итоге всё равно пропал. Как вылез из дома, зачем?? — Непонятно. Замки не были сломаны, сам открыл дверь и вышел.

Женщины воют, уже собираются, чтобы ехать из этого села в другое место, потому что боятся. Священник тоже поник. Сел, поехал свинью на пустырь вывозить и жечь. Приехал, еле стянул тушу, уронил её, а она перевернулась. На брюхе огромный-огромный шов. Как если б распороли, а потом проволокой, как железными скобами, снова затянули. Ровно из этой проволоки плели ограду старшие братья.

Пётр взял железяку, которая лежала в телеге, подцепил плоть между швами и со всей дури рванул. Свинья лежала уже третий день, порвалась. Внутри маленькая человеческая рука. Разворотил всё брюхо, а там вместо органов тот самый мальчик. Худенький, семилетний, в позе эмбриона весь поместился в тушу.

Священник очень долго думал, что делать. Свинью сжёг, мальчика (он уже мёртвый был) отвёз назад, в телеге прикрыл его сухой травой. Её под свинью много подстелили, чтобы было, чем разжигать. Приехал в деревню и пошёл по домам, зашёл ко всем, сказал, чтобы привели всех детей в церковь, а сами ждали снаружи. Уже под вечер все собрались. Взрослых он выгнал и стал разговаривать с ребятами про пропавших.

Дети ничего полезного рассказать не смогли. Но у последнего пропавшего мальчика была младшая сестра пяти лет. Она сильно заикалась и не проговаривала слова. Долго-долго пыталась сказать что-то, но никто ничего не понимал. Говорила, что её брат в ту ночь «ушёл». А куда ушёл, непонятно. Тогда она стала показывать, как крестится. Её хором спрашивают: молиться ушёл?! — Кивает. — В церковь? — Да.

Тогда священник выпустил детей  и позвал внутрь всех мужиков, рассказал им всё. Они пошли и притащили братьев в церковь. До утра их били, и они рассказали, что мальчиков насиловали, потом разрезали и зашивали в свиней. Перед этим травили последних. А потом вывозили из села и сжигали.

Чуть до смерти их не забили. А младший брат попросил сельчан перед расправой оставить его попрощаться с братьями. Только из-за того, что его все уважали, разрешили ему это. Он заперся с ними двумя внутри церкви. Разговаривал, хотел, чтобы они покаялись, помолились. Умыл обоих святой водой. Вышел, запер снаружи двери и поджёг церковь. Других никого не подпустил. Сказал, что заберёт этот грех себе.

Братья внутри орали, хрипели и сгорели заживо. Всё село стояло и смотрело. Потом спросили, не жалко было церковь жечь? Сам ведь четыре года её строил. Он сказал, что там больше Бога нет. Там детей насиловали и убили.

А потом поехал в город и сдался милиции, что сжёг двоих человек. Когда приехали в село разбираться, люди им рассказали, что и как. Сначала его хотели отпустить по-тихому. Потому что нелюдей наказал, и им досталось за дело. Но Пётр сказал, что если они не посадят, он к другим пойдёт и сдастся, потому что он согрешил и обязан понести наказание. Пришлось судить и сажать в тюрьму. Последнего мальчика похоронили, а на месте сожжённой церкви больше ничего не строили.

На следующий день приехал человек из тюрьмы и передал, что священник умер. Вот так, в последний день, когда его уже выпустили. Всё село вместо встречи справляло поминки.

Комментарии