Детство пришлось на девяностые, я появилась у родителей в конце 92 года. Каким-то невероятным чудом мы пережили самый голодный девяносто третий, и я помню то время! Мама говорит, что придумываю, и не могут такие маленькие дети запоминать что-то, когда им всего год. Но я помню себя с самого раннего возраста, начиная с того момента, как научилась ходить.

В общем, всем тогда жилось несладко. Я росла, как и все дети того времени, без излишеств, новинок, игрушек и разносола на столе. Папа ушёл от нас в девяносто пятом. Мы справились без него.

Но когда мне было шесть, в России появились невероятные игрушки — Фёрбики. Они умели разговаривать, обучались речи, кушали и спали! Настоящее чудо. Я грезила этой вещью. Но понимала — дорого. Настолько дорого, что мне никогда его не купят, даже если я буду вести себя лучше всех детей на свете и учиться на шестёрки вместо пятёрок (я рано пошла в школу и уже заканчивала первый класс).

Фёрбик стал для меня недосягаемой мечтой. Конечно, я не выпрашивала его, но не замолкая, только и делала, что по сотне раз повторяла, что же умеет эта игрушка. Откуда я знала? Фёрбик был у кого-то из друзей друзей или друзей друзей друзей. Не исключено, что пройдя через такое количество детских пересказов, реальные функции были преувеличены фантазией. Фёрбик представлялся мне чуть ли не живым существом.

Перед Новым Годом и по совместительству моим Днём Рождения (ага, я родилась 31 декабря), мама докучала вопросами, что же мне подарить. А я томно вздыхала, рассказывала ей о Фёрбике и говорила, что ничего мне не надо. Просто хотелось-то только его, но я понимала, что позволить себе такую вещь мы не можем. Но 31 числа я получила коробку с серым Фёрби…

Мне вручили её молча. Я от восторга забыла дышать, причём в буквальном смысле. Негнущимися пальцами начала распаковку и… это был он. Как только я его достала, мама спросила “ну, теперь довольна?”.

Я была в шоке, не знала, какие подобрать слова, не занала, как вообще говорить. А мама продолжила: “из-за твоего подарка у нас теперь нет денег, радуйся”. Меня как будто молотком по голове прибило. Оказалось, все деньги действительно потратили на Фёрбика. Из-за этого мы полтора месяца питались картошкой и дедушкиной заначкой консервной тушёнки, а ещё две недели пустыми макаронами.

Мама всё время злилась и ругалась. Я не понимала, зачем она сначала сама купила мне подарок, а потом начала им попрекать. Когда я садилась играть с Фёрбиком, она всё время повторяла злобно “ну что, выпросила? Довольна?!” Я не могла продолжать играть и убирала Фёрбика в коробку и на полку, а сама молчала и виновата смотрела на маму. Но она продолжала: “а чего не играешь, а? Только деньги зря потратили!”

Так и стоял мой Фёрби в коробке многие годы, а я просто смотрела на него. И даже когда с деньгами всё снова стало в порядке, а мама перестала злиться, я не могла заставить себя вытащить его из коробки. Как будто от одного моего прикосновения к нему, у нас снова исчезнут все деньги и их больше никогда не будет. Выкидывать или отдавать Фёрбика мама не планировала, и он стоял и рвал мне душу много лет. Сколько я на него ни смотрела, всегда чувствовала себя при этом ужасной преступницей.

До сих пор не понимаю — зачем?