Написать
Истории

Маленький маньяк

3 636 3

Мне пятнадцать лет было, к нам приехали родственники из Сибири (мы живём в Сочи). Бабушкина сестра с семьёй: её дочь с мужем и сыном. Сыну шесть лет. Хотела подружиться, потому что родственник, да и я люблю детей. Собиралась даже идти в педагогический колледж следующим летом. Родных братиков-сестрёнок не было, только на лето приезжали родственники с детьми. Мне нравилось с ними возиться. Во дворе целый детский сад за мной бегал, как за мамой-гусыней, когда просто за хлебом выходила. Вот с братом тоже хотела сдружиться.

Сразу у его мамы спросила разрешения сходить с ним в парк погулять. Тётя Оля как-то странно отреагировала. Обычно, когда я предлагала увести детей на прогулку, родители радовались отдыху. Тётя Оля только мялась, переглядывалась с мужем, сказала «только осторожно» и отпустила. Мы с Кириллом в первые пять минут дороги молчали. Мелкий меня стеснялся, а когда я пыталась завести разговор всякими вопросами о нём, он только односложно отвечал.

Ещё минут десять он не очень дружелюбничал, а потом я предложила зайти в ларёк за семечками, голубей покормить. Здорово же, детям такое нравится. Тем паче, что в том парке, куда мы шли, голуби были наглые и прямо на руки садились ради еды. Кирилл повеселел. Отлично, теперь главное было не начать есть семечки раньше голубей, а то это затягивает.

Дошли до парка, обосновались на лавочке в тени. Ждать долго не пришлось, как только мы сели, прилетели сразу два голубя. Я рванула первую пачку. Они насторожились… Всыпала брату в ладошку горсть семечек, сама тоже взяла, и началось веселье. Нас очень скоро облепили тучи этих пернатых. Мы взяли две пачки семечек, вторую я приберегла на кормёжку после аттракционов. Обычно дети канючат, когда приходит время уходить, а если есть перспектива снова покормить птиц с рук, то перестают капризничать.

И вот первая пачка уже больше, чем на половину, пустая. Голуби подлетают и на лету клюют семена в ладошках. Кирилл в восторге. Я его предупредила, что семечки скоро кончатся, осталось две горсточки на каждого. Он предусмотрительно отсыпал некоторое количество в карманы, чтобы быстро не истратить последнее. Насыпал немножко в левую ладонь, сжал так, что пальцы почти закрывали доступ к семечкам, оставил маленькую щёлку, ровно под клюв. Несколько голубей подлетали, но не смогли выцепить у него из руки ничего. Я сказала ему, чтобы он разжал пальцы, но мне в ответ последовало сосредоточенное тихое «нет».

Затем он перевернул руку, чтобы из ладони выпало несколько семечек. Голуби просекли в чём дело. К нему на руку сели двое и попытались просунуть клювы в щель между пальцами, но подрались. Когда одна птица прогнала конкурента и стала единолично вытаскивать по одной семечке из детской ладошки, Кирилл сжал пальцы и защемил голубю клюв. Право рукой схватил зафиксированную птицу. Семечки выкинул в стаю под ногами. И начал душить голубя в руках. Медленно но верно.

Я просила отпустить, говорила, что так голуби обидятся и больше не прилетят.

– Этот точно никуда не прилетит.

И задушил его, прямо глядя, как птица бьётся в руках. А потом выкинул тушку в остальных голубей, они не обратили на дохлого сотоварища внимания и продолжали ждать кормёжки. Кирилл высыпал все запасы из карманов на труп, и по нему стали топтаться и хватать семечки остальные голуби. Я пребывала в шоке.

– А теперь на качели? — Мальчик был счастлив. По дороге он передвигался подскоками и радостно рассказывал мне про то, что любит: мороженое, фейерверки, костры, мучить котят, засовывать животным палки в уши и под хвосты, растягивать им лапы до хруста. Не хочу говорить про всё, но до сих пор помню, что он тогда мне рассказывал.

Пока он качался на гамаке в парке, с блеском в глазах рассказывал про то, как убивает и мучает животных. А однажды даже маленькому ребёнку вдавливал глаза, пока папа не пришёл. В парке он долго кататься не хотел, наоборот просился на выход, чтобы покормить птиц. Но я настаивала на том, чтобы отгулять оплаченное время. А потом сказала, что вторую пачку купила дома погрызть. Дома, когда я с квадратными глазами привела довольного ребёнка, его мама спросила шёпотом «кого?». – Голубя. – Понятно…

В час ночи, за посиделками с самоваром, родственники рассказали про Кирилла. Что они его водили к врачам, пытались исправить, но не помогает. Он ещё маленький для таблеток и другого медикаментозного вмешательства, врачи советуют попробовать перевоспитать и найти хорошего психотерапевта. А мальчик продолжает охотиться за животными и мучить их. А они его очень любят, и кошечки сами ластятся. А потом он вырывает им лапы, хвосты, душит, режет и поджигает. Тот маленький ребёнок, которому он пытался выдавить глаза, это тоже оказалось не выдумкой. Теперь мальчик всё время под чьим-то присмотром каждую минуту. В то лето я сильно переосмыслила своё отношение к детям. Кирилла до конца его отдыха жутко боялась. Меня дико трясло, когда он, улыбаясь, рассказывал мне про свои фантазии. В педагогический поступать передумала, пошла на архитектора. Чертежи не убивают животных.

Комментарии
  1. Alex Rean
    Alex Rean 18.01.2018

    Странно как-то. Было дело подростком после нервного срыва легла на обследование в детскую “дурочку”… Так вот : маньяки, маньячки и просто невменяемые, нервные, депрессивные и на обследование принимали и лечили детей с трёх лет. Что там за врачи которые утверждают что такое животное рано лечить я не знаю, но уверенна что уже поздновато…

  2. Vika
    Vika 05.03.2018

    Да, если такое творится в реальности, не стоит тешить себя надеждами – растет будущий маньяк. Но с такими детьми работают. Психиатр, помогавший поймать Чикатило, создал центр, работающий в том числе с такими детьми, и со взрослыми, склонными к садизму.

  3. Vika
    Vika 05.03.2018

    Сам этот врач уже умер, сейчас работу продолжает его дочь. Судя по словам, их подход работает,проблемы возникают, когда больной (или его родители) решают, что они вылечились. Это же навсегда, как шизофрения, диабет и др. неизлечимые болезни.