0140

Продолжатель семейного бизнесса

Родила дочку рано, в 17 лет. Сейчас мне 42, дочери 24. За это время мы с её отцом успели разойтись, сойтись и вырастить ещё двух детей. Всю жизнь жалела, что ранний ребёнок отодвинул многие наши с мужем перспективы на несколько лет. Только три года назад нам наконец удалось построить дом и окончательно наладить работу. Дочери всегда говорила, чтобы она берегла свою молодость и брала от жизни всё. Она способная и многого может добиться.

В прошлом году из под крыла упорхнул и младший сын, мы с мужем остались друг с другом одни во всём доме. Нам было совершенно не нужно чьё-то постороннее присутствие, поэтому от одиночества не страдали. Наоборот за год вошли во вкус, обустроили свой маленький чайный магазин, открыли две точки в разных городах. Жизнь пошла на лад. Полнедели в разъездах, полнедели друг с другом. Читали вместе, много говорили и даже просто молчали, наслаждаясь тишиной. С человеком, который пережил вместе с тобой расставание и воссоединение, вырастил детей, появляется особенная связь. Это далеко не та лёгкая и безбашенная эйфория. А именно на её волне и появилась первая дочь. Теперь это глубокое и размеренное чувство, хотя мы с мужем далеко не старики. Видимо дело в том, что мы с ним вместе уже почти тридцать лет. Всё было нормально до последнего времени.

Дочка встретила мужчину. Ну, как мужчину — её ровесник. И они очень быстро поженились. Мы с её отцом ошалели от таких темпов. Но вроде торжеств не собирали, денег не трясли со всего мира и детей пока не планировали. А есть там штамп в паспорте или нет — неважно. Всегда можно развестись. Жили они вместе полгода, постоянно приезжали к нам в гости. И в один момент дочь высказала желание переехать к нам. Такой поворот был более, чем странным. К нам — это куда? В дом, говорят. А как на работу собираетесь ездить? Дом в посёлке с частными коттеджными секторами, до города 32 километра, автобусы не ходят, машины у них нет. Переход на удалённую работу, был ответ. Я понимаю, дочь экономист, она может работать удалённо. А у зятя профессия вообще такого не допускает. Очень странно. Отказали. Пусть живут и работают нормально. Так они стали приезжать к нам каждую неделю. То на день останутся, то на два. Потом стали на три дня. Мы ещё удивились, как это им так часто отгулы дают? В итоге приехали в очередной раз с вещами, с кучей сумок: мы к вам! Зять уволился, дочь перешла на удалёнку, и они приехали к нам — жить всем вместе, чтобы было веселее.

Нам было не весело. Безработный взрослый мужик, радостно приехал посидеть у нас на шее. Решили не устраивать громкого скандала, хотя муж уже очень сильно сдерживался. Неделю, что они у нас жили, мы тихо разговаривали с дочерью наедине. Ничего донести не удалось. Собрались вечером за чаем. Муж интересуется у зятя, что с работой. “Буду в вашем чайном магазине работать!”  Опыта в продажах нет, никогда не занимался ни бухгалтерией, ни логистикой, ни управлением. Мы и сами справляемся, лодырь безмозглый, для тебя вакансий нет. “А зачем вакансия, я же семейное дело продолжать буду”. Муж очень недовольно буркнул, что у нас для “семейного” свои наследники и продолжатели есть. “Ну вот скоро ещё один появится!” — радостно оповещает зять. Мы вылупили глаза на дочку. Она смотрит то на меня, то на отца.

– Нет, — мотает головой. — Нет пока ещё, мы не планируем, пока квартиру не купим.

– А может, ты уже беременна, кто знает. Что тогда делать будем? Не ждать же вечно, пока эта мифическая квартира появится. Родишь ребёнка, я буду бизнесом заниматься. Вместе с твоими родителями поживём. Как раз тебе будет легче. Они будут сидеть дома, помогать тебе с малышом, а я займусь деньгами.

Он так бодро и радостно это протараторил. Но от скорости и интонации смысл радужнее не стал. Попытались разобраться, что это за планы по внутрисемейному рекету и почему дочь вдруг должна забеременеть, когда сама этого ещё не планирует. Ничего внятного не добились. Были какие-то шуточки и мутное “ну кто знает, как всё сложится”.  Ещё месяц терпели этого радостного идиота, который всё лез в работу магазинов. Да только мозгами оказался обижен в этом деле и ничерта не понимал.

И когда я была в городе на плановой проверке точки, звонит мне взволнованная дочь. Просит пораньше вернуться и отвезти её в город в клинику. Надо, говорит. Ладно, надо так надо. Пока ехали с ней, она нервно теребила телефон и в конце концов сама рассказала, что думает, что беременна. Что её уже несколько дней тошнит, она почти не может есть и появляются жуткие отёки. В платной клинике сделали анализы, но сказали, что в этот же день результата почему-то не будет. Уехали домой. По дороге дочка плакалась, говорила, что ей страшно будет одной воспитывать ребёнка. Ну как это одной, муж же есть? — Я неуверенна в этом человеке настолько, чтобы рожать от него. Я ей сказала, что не поощряю прерывании беременности из страха, мы с отцом поможем. И она после этого всю дорогу молчала. Как приехали, разошлись по комнатам. Я мужу не стала ничего говорить. Зато дочь своему всё рассказала. И он ходил и чуть не светился.

На следующий день дозвонились в клинику. Результаты подтвердились, дочка беременна. Зять просиял, полез обниматься. И муж не вытерпел и дал ему по башке. Минутная пауза. Зять недоумённо смотрит на нас, дочь его не защищает. И тут она говорит, что уже записалась на прерывание беременности. Был большой скандал со швырянием мебели и посуды. Зять всё это метал в порыве гнева. Даже стеклянную дверь на веранду разбил. Муж его такого нервного скрутил и пинком под зад отправил на улицу. Утром открывала ворота, чтобы выехать, а этот сидит под ними, как псина. Замёрз за ночь, присмирел. Дочка сделала аборт и развелась с ним. С того дня он пытался подать на нас в суд за “умерщвление его ребёнка”. Грозился отсудить и дом, и бизнес. Лесом его послали и мы, и его адвокат.

Вход через соц. сети