Моя мама — парикмахер. Не знаю, почему так, но в обществе эта профессия считается уделом касты тупых и нищих людей. Хотя мама оканчивала два училища и постоянно ходит на курсы. На мой личный взгляд, о волосах невозможно знать больше, чем она, да и уметь больше тоже невозможно. Я так говорю не потому что она моя мама, а потому что к ней ходят на стрижки, укладки и покрас каждый божий день.

Любая фигня на YouTube, которую делают супер-пупер мастера из Европы и Америки, для мамы — раз плюнуть. К ней постоянно ходят девочки-подростки, которым припёрло выбрить многоуровненый узор, сделать ассиметрию и прочие изощрения. И им достаточно показать маме фотографию, которой они вдохновились, так она всё делает на пять с плюсом. Не понимаю, как так можно, по одной фотке с видом спереди понять, что должно быть и сзади, и по бокам. В общем, для меня эта наука непостижима.

Мама почти десять лет работала в парикмахерской через дорогу. Это был такой салон эконом-класса в здании “Пятёрочки”. Дороже тысячи рублей там никогда ничего не было. Менялись хозяева салона, были “тёрки” с местной мафией. Приходили дяди с южным акцентом и пистолетами и требовали отдать помещение. И это Москва, 2015 год! Но и такую напасть мамин салон выдержал.

Она однажды уходила оттуда и работала в люксовой парикмахерской, где за простое подравнивание кончиков берут по 500 рублей. Мама уволилась, потому что при полнодневной загруженности зарплата была всё равно меньше, чем в эконом-парикмахерской. Слишком малый процент от заказов падал непосредственно маме в зарплату и премию. И она вернулась.

Мамина зарплата в парикмахерской через дорогу была самой большой среди работников. Больше получала только хозяйка, которая там ничего не делала, и была нужна только чтобы бороться с кавказцами, пытающимися отжать салон.

Люди, которые записывались на стрижку, обычно всегда указывали, к какому мастеру они хотят. Так остальные парикмахерши брали по пять человек в день и больше не принимали, потому что свой минимум отрабатывали, а больше им было не нужно. К маме очередь была с семи утра и до двенадцати ночи. Салон закрывала она, и открывала тоже она. График сутки через сутки. И в те дни, что она не работала в салоне, она принимала клиентов дома.

Арендная плата за помещение стала сильно расти, и хозяйка салона урезала маме зарплату вдвое. Она не стала такое терпеть и ушла. А вместе с мамой из парикмахерской ушли почти все клиенты. Просто теперь они приходили к нам домой, а не в салон. Денег мама стала брать с них меньше, а по факту получала больше, потому что не нужно было отдавать процент хозяйке. А та сама пришла к нам через месяц и уговаривала маму вернуться, потому что теперь дела совсем не идут. Потому что ни к кому, кроме Кати (так маму зовут), люди записываться не хотели.

Мама согласилась вернуться, но большая часть людей решила остаться мамиными неофициальными клиентами, потому что так было дешевле. И салон снова стал зарабатывать меньше. По факту деньги просто шли мимо хозяйки прямиком маме в карман. А она же (хозяйка) не могла ничего сделать: это же люди сами ходят стричься к маме домой, а не в салон. Тогда она взяла, и уровняла зарплаты всем работникам. А маме сказала, что она и так дома шабашками занимается себе в карман, так что теперь процент с её клиентов в салоне будет распределяться на всех поровну. Маму такое не устроило и она уволилась.

Год работала дома, а потом кавказцы доотжали помещение парикмахерской и аптеки рядом, совместили их и открыли новый салон. И позвали туда маму! Деньгами не обижают, обращаются хорошо, угощают пахлавой, делать шабашку на стороне не запрещают, говорят, она наоборот так больше клиентов в салон привлекает.